ГЛАВНАЯ - ОБЗОР НОВОГО НОМЕРА - ВЫШЕДШИЕ НОМЕРА - ГАЛЕРЕЯ - ЦЕНЫ - КЛИЕНТАМ - КОНТАКТЫ - ПАРТНЕРЫ - ФОРУМ
  В объятиях горной «ведьмы»

Текст и фото: Игорь Ольховский










 

Однажды прочитал в альманахе «Дальневосточные путешествия и приключения» рассказ Владимира Сунгоркина о походе на одну из труднодоступных вершин Сихотэ-Алиня, гору Ко. История эта меня удивила и заразила азартом посетить это место. Планам моим суждено было сбыться только в 2000г. Наша группа решила отправиться в горную страну Коенини. Пойти на вершину Ко обычным путем, как ходят туристы, было бы для нашей сильной группы шагом назад, и на совете был выбран интересный по протяженности, сложности и пере­падам высот маршрут. Нам предстояло пройти от поселка Сукпай до устья речки Чукен, затем, пройдя весь Чукен до истока, преодолеть два перевала, пройти по хребту все вер­шины Коенини, покорить гору Ко и по реке с таким же названием выйти к ожидающей нас автомашине МЧС. Думаю, что до нас никто из туристов таким маршрутом не ходил.

Что такое горная страна Коенини? По высоте это как  семь десятков стоящих один на другом десятиэтажных дома, температура на двадцать градусов ниже, чем вни­зу, шквальные ветры, дующие почти постоянно. Отполированный мо­розом и ветрами горный лед, почти отвесные склоны, похожие на вулканические крате­ры, обрывы и пропасти до трехсот метров. Большинство горожан видели такие горы только по телевизору. То, что до полутора тысяч метров и покрыто лесом — это сопки, а горы — выше. Горы покоряют своей суровой величественной красотой, горы манят и завора­живают, покоряются смелым и не любят дилетантов, жестоко наказывая за промахи и неуважительное к ним отношение...

В начале марта наша группа выехала на маршрут. Миновав поселок Сукпай, авто­мобиль доехал до конца лесовозной дороги и остановился. Встаем на лыжи, рюкзаки на спину и вперед. Наша задача к вечеру дойти до кордона, который находится в устье речки Чукен. Снега сантиметров сорок, по целине тропить лыжню тяжело, и мы стараемся дер­жаться охотничьей лыжни, которая идет в попутном направлении. К вечеру, выбравшись в пойму Чукена, наша группа остановилась на ночлег на одной из многочисленных про­ток, изобиловавших промоинами и наледями. Основное русло где-то рядом, но из-за от­ставших товарищей мы не можем идти дальше. Пока двое дежурных занимаются костром и готовят ужин, остальные разбивают лагерь: ставят палатку, готовят дрова, устанавлива­ют и разжигают печь. В палатке становится тепло и уютно. После ужина туристы уклады­ваются спать, а мы с нашим руководителем и опытным туристом Толей Изотовым рас­кладываем карты и планируем завтрашний маршрут. Я в группе штурман и отвечаю за топографическую часть и ориентировку на местности.

Нас с Изотовым острословы прозвали Черепами за ежедневное колдовство над карта­ми, в результате которого, как правило, выносился вердикт: «Ребята, завтра нужно поработать!»
Утром китайский градусник с надписью «Руский производство» показывал ми­нус пятнадцать. День обещал быть ясным и солнечным. Быстро собравшись, группа вышла в путь. Пройдя метров триста, вышли на кордон, вчера нам не хватило десяти минут светового времени. На кордоне живут три егеря-удэгейца: Виктор и Радик с сыном Сер­геем. Поговорив с ними и получив полезную информацию, мы устремились вперед. До ближайшего зимовья, где мы собирались встать на ночлег, было около сорока километров ходу. Облегчало задачу то, что большую часть пути нам предстояло идти по «буранному» следу.

К вечеру двухпудовые рюкзаки стали трехпудовыми, ноги — чугунными. След «Бурана» сменился на еле заметную охотничью лыжню. Погода портилась. Уже затемно, устав, подходили к охотничьему зимовью. Вечером в жарко натопленной избушке, пока некоторые делились впечатлениями, Черепа изучали карту. «Ребята, если хотите завтра ночевать в избушке — нужно поработать»...
Утро встретило нас ослепительной белизной. Ели склонялись под тяжестью свежевыпавшего снега, было очень тепло — чуть ниже нуля, все искрилось и сверкало. Каза­лось, что мы находимся где-то в Швейцарии. Попеременно меняя тропильщика, мы продвигались вверх по Чукену. Снега ста­новились все больше, на реке появились наледи и промоины. В этот день мы намучились со смазкой лыж. Перепробовав все мази, остановились на парафине. Натерев скользя­щую поверхность обычной свечкой, удалось справиться с налипанием снега.Выше устья речки Ахбио-Хуаликчи русло Чукена сузилось. Река изобиловала по­рогами, шиверами, огромными повсеместно торчащими валунами. Продвигаясь вверх, я представлял насколько красивый, но бурный и опасный Чукен летом. Когда-нибудь мы вернемся сюда и пройдем сверху вниз на катамаранах. Выше ключа Пихтового река разделилась на несколько маленьких рукавов, зава­ленных деревьями. Небо заволокло тучами, пошел снег. На ночлег остановились в предгорьях. Завтра будем забираться на перевал. Пока основная группа ставит лагерь, Леонтьев и Еремеев бьют лыжню выше в горы. Эти два-три километра мы завтра пройдем быстро и значитель­но сэкономим силы и время. С первого дня мы взяли этот метод на вооружение. После завтрака, пока основная группа сворачивает лагерь, двое уходят вперед. После того, как караван догонит их, отходят в сторону, эстафету принимает следующий. Такой способ продвижения называется «каруселью». Тропление лыжни по метровому снегу изматыва­ет. Снег рыхлый, и тропилыцик, проваливаясь, как ледокол, разрезает снежную массу. Очень важна в такой ситуации слаженная работа всей команды...

8 марта. Международный женский день. Седьмой день пути. На градуснике — минус двадцать пять, сыплет, не переставая, снег. Идем все выше и выше в горы. К вечеру мы вышли на седловину к отметке 1500 метров. В небольшом ельнике останавливаемся на ночлег. Ненадолго выглянуло солнце, и нам открылись горы во всей своей красе. На восток уходили искрящиеся от снега, сияющие белизной гольцы, а на запад — величественная махина горы Спутник, через которую завтра нам предстоит идти.Мороз крепчает, но в палатке раскаленная докрасна печь, теплый спальный ме­шок и друзья, с которыми хоть на край света. В тепличных городских условиях, чтобы узнать человека, нужно съесть с ним пуд соли, другое дело в походе. Невероятная физи­ческая нагрузка, трудности и опасности сорвут с любого маску, называемую «этикетом», здесь человек виден, как на ладони.
9 марта. Утром — минус двадцать восемь. Сквозь тучи проглядывает солнце. Дальше наш путь лежит по сложному хребту к горе Ко. Когда группа поднялась на гору Спутник, солнце скрылось за тучами, и поднялся холодный пронизывающий ветер. Идем вперед по гребню гольцов. К обеду ветер усили­вается, он уже воет и свистит, сбивает с ног. Каждый шаг дается с огромным трудом. Ко,по-удэгейски, ведьма, кажется, всерьез решила нами заняться. Перевалив через очередную вершину, спускаемся в седловину. Спускаться труднее, чем подниматься. Двухметровые снега в предгорьях сменились на отполированный шквальными ветрами лед, с торчащими кое-где камнями. Устроив небольшой совет, ждем замыкающих. Дима Медовников, потеряв равновесие, покатился по ледяному склону вниз. Скинув рюкзаки, бросились к нему. Дима зацепился за торчащий камень, а вот лыжи, притормозив на мгновенье, скользнули с трехсотметрового обрыва в пропасть.Выбираем место для спуска и со скоростью горнолыжников с криками катимся вниз по узкому распадку. Уклон около сорока пяти градусов, и очень много снега. Проехав так с полкилометра, я услышал снизу крик: «Тормози!» Не успев испугаться, проле­тел метров десять и шлепнулся в мягкий сугроб. Оказывается, я упал с водопада. Отрях­нувшись и схватив фотоаппарат, стал ждать очередную жертву. Ею стал Саша Казаков, фотография которого в позе парящей чайки сейчас украшает мой альбом (искусство тре­бует жертв). Всего мы катились вниз около километра до ближайшего пригодного для лагеря места. Это была самая длинная горка в моей жизни. За ужином в натопленной палатке после пятидесяти граммов спирта, выклянчен­ного у доктора Исаева из аптечки (столько стрессов за один день!), со смехом вспомина­ли, кто же, пролетая над водопадом, кричал: «Мама!».

Утром на совете решаем: я с Сашей Сыськовым иду наверх, в горный цирк, искать лыжи, а группа уходит к подножию горы Ко. Дима остается в лагере и дальше действует по обстоятельствам. Поиски лыж результата не дали. Все равно что искать иголку в стогу сена, к тому же дул шквальный морозный ветер, у нас началось обморожение, и при­шлось вернуться в лагерь. Ситуация осложнилась...Вечером разбиваем лагерь на склонах горы Ко. Палатку поставили на склоне в сорок пять градусов, благо обилие снега позволило выровнять площадку. Всю ночь рядом ухали лавины. Не спится. Завывает ветер, завтра ожидается трудный день.

11 марта. Утром градусник с надписью «Руский производство» не выдержал на­ших морозов — лопнул. Выходим змейкой, уклон очень крутой. В снегу много трещин. Саша Леонтьев идет первым, подрезая склон, я иду следом, далее группа чуть отста­ла. Вдруг мы услышали уханье и гул - многотонная снежная масса устремилась вниз. Я успеваю отскочить, и лавина проходит мимо...Поднимаемся на перевал. Опять шквальный ветер, пурга, очень плохая види­мость. До горы Ко четыре километра. Идем короткими перебежками. Встречный ветер обжигает. Почти у всех обморожение. До горы-два километра. Впереди узкий обледенев­ший гребень и с обеих сторон почти отвесные скалы. При таком ветре гребень пройти невозможно, очень опасно. Собираем совет и рассматриваем запасной вариант: уходить с маршрута через реку Кафэ к старателям. После обеда ветер чуть стихает, принимаем решение идти вперед. Минуя опасное место, спускаемся в седловину. До горы восемьсот метров, ветер снова усиливается, каждый шаг дается с огромным трудом. Не хватает светового времени, спускаемся вниз в ключ Трудный, впадающий в Катэн. Спускаясь вниз, есть опасность потерять равновесие, а склон очень крутой и об­леденевший. Вот и Саша Леонтьев, наш весельчак и балагур, чей звонкий смех всегда поднимает нам настроение, поскользнувшись, покатился по склону и, зацепившись за куст, повис над обрывом. К нему на выручку поспешили Сергей Полковников и Борис Исаев. Они профессиональные спасатели МЧС. У Исаева 7400 прыжков с парашютом, семь раз основной парашют не раскрывался, и он призем­лялся на запасном. Борис с Сергеем первые на любом ЧП или катастрофе. На их счету немало спасенных жизней. Это очень надежные и мужественные люди, впрочем, как и все спасатели. Темнеет. Пока Боря с Сергеем, работая ледорубами, спасали Леонтьева, группа доб­ралась до плато, где растет лишь чахлая береза. В сумерках ставим палатку, собираем по крохам дровишки. Всю ночь дует ветер, крепко закрепленная палатка трясется и вибрирует. Видно, «ведьма» не на шутку на нас рассердилась. Утром еще один сюрприз — не обнаружил одной лыжи Саша Казаков. Вчера он воткнул ее в снег, но, видимо, ветер был такой силы, что сдул ее. Искать бесполезно, вниз на несколько километров — обледеневший склон. Ветер немного стих, и мы решаем разделиться на две группы. Одна группа выходит с маршрута, другая штурмует вершину, затем догоняет первую группу. Выходим на штурм горы впятером: Изотов, Мельников, Еремеев, Леонтьев и я. Саша Леонтьев показывает нам обмо­роженные и в волдырях руки. Это последствия его вчерашнего висения на ветру над обрывом, но он бодр, решителен и все так же сыплет шутками. Валентин Мельников (Фёдорыч) — человек, достойный уважения. Ему шестьдесят пять, он доцент кафедры политехнического университета, председатель Хабаровского клуба велотуризма. За лето проезжает тысячи ки­лометров на велосипеде, зимой для него пройти на лыжах в день тридцать — сорок километ­ров — норма. Два года назад он объехал на велосипеде всю Европу. Многие и в пятьдесят старики, а он гибкий и ловкий, как юноша. Вот с кого брать пример! Карабкаемся по камнелому наверх. Сквозь дымку и пелену снега перед нами открылся красивейший цирк. Как жаль, что погода не позволяет сделать снимки.

12 марта. Вершина была взята в 10.40. «Ведьма», поняв тщетность попыток помешать нам, уступила. Устанавливаем на горе памятный знак, фотографируемся с флага­ми, затем спуск вниз, и с рюкзаками догоняем группу. Попутно берем все вершины на подхо­де к Ко и к вечеру спускаемся в ключ. Очень много снега. Завтра в пятнадцати километрах нас будет ожидать машина МЧС. Пока друзья устанавливают лагерь, я бью лыжню дальше. Километра три бреду по пояс в снегу, затем уже затемно возвращаюсь назад. Едим вкусный плов, пьем за победу капитанский ром, навалилась невероятная усталость, все позади...

Последний день прошел без происшествий: к вечеру мы вышли к автомобилю МЧС, а в три часа ночи уже были в Хабаровске. В это же время в двухстах километрах к востоку группа под руководством мастера спорта Юрия Конькова делала восхождение на гору Тордоки-Яни. И застала их ночь на горе. Что такое ночевать в горах в тридцатиградусный мороз — люди бывалые знают.
Но знаете ли вы, что из 1800 человек, покоривших на сегодняшний день Эверест, более трехсот погибли. И тем не менее люди организуют туда все новые и новые экспеди­ции. Так что же тянет людей в горы, пустыни, на Северный плюс? Отвечу словами Владимира Сунгоркина: «Исхудавшие фигуры, землистые, небритые физиономии, закопченные и обгорелые лохмотья одежды... И все же мы испытали себя! Если не научиться разрывать привычный круг мелких дел и маленьких поступков, то ничего не будет — ни открытий, ни покоренных вершин, даже если эти вершины и не из недоступных...» Для меня люди делятся на две категории — это те, которые просто плывут по течению, куда оно вынесет. Таких много вокруг. Лишь бы было тепло, светло и сытно. И ничего им больше не нужно. И вторая категория — те, кто плывет против течения, имея цель в жизни, стремясь к чему-то. Именно им покоряются все вершины — в науке, искусстве, спорте, бизнесе...
Это путешествие закончилось, но знаю, что впереди будет еще много километров, которые надо пройти, много открытий и покоренных вершин...

ГЛАВНАЯ - ОБЗОР НОВОГО НОМЕРА - ВЫШЕДШИЕ НОМЕРА - ГАЛЕРЕЯ - ЦЕНЫ - КЛИЕНТАМ - КОНТАКТЫ - ПАРТНЕРЫ - ФОРУМ
© ASTYLO Publishing Co. Ltd., 2006     e-mail: astylo@gmail.com
Перепечатка и использование материала допускается только с письменного разрешения редакции.
 
 
 
 
 
About TourEast Magazine About TourEast Magazine